этикете этот долг — важная штука. Может быть, даже магический контракт.
Юки выдохнул, надеясь, что его слова прозвучали достаточно убедительно. Как только их отряд получит ключ, больше не будет причин или оправдания долгому отсутствию. Любая задержка дольше пяти минут вызовет беспокойство, заставит учителя начать поиски. А Юки тем временем любой ценой хотел попасть к Искре.
[Класс Целитель: часть способностей ограничена]
[Доступны базовые умения]
Система уступила совсем ненадолго. Стоило отойти дальше от городской стены, потерять её из виду, как проблемы вернулись. Спасибо, не полным составом. Второй остался, возможность пользоваться передачей энергии помогла убедить окружающих, что с Юки всё в порядке. Но на деле полоски жизни и выносливости не вернулись к прежним значениям, а основные, важнейшие навыки оставались закрыты. Конечно, воровать силу и без того угасающей Искры было нехорошо… Но ведь оставался шанс помочь. Смог же Юки вызволить Лори?
Учитель тем временем буравил тяжёлым взглядом и раздражённо стучал ручкой по столу. Тук-тук. Тук-тук. Тук…
— Лорд Дварго сказал, что он проведёт к своему тайнику троих. Михо идёт обязательно, только она может обнаружить ключ. Ей нужна защита. На этом всё.
Тук-тук.
— От твоих слов, Юки, я тоже не могу отмахнуться. Хорошо, ты можешь идти с нами. Ключ — жизненно важная для нас вещь. Мне не стоит оставаться в стороне. Тем более, когда нас ведёт местный король. Мы должны ответить ему тем же.
— Дварго-доно ведёт нас, потому что только он может снять магическую защиту, — осмелился возразить Юки. Взгляд Михо стал острее, да и остальным не нравилась внезапная настойчивость. Особенно дяде. — Не похоже, что это какая-то дань уважения. Да и… Стоит ли нам показывать, что ключ настолько важен? Мы много сил потратили, чтобы объяснить, сам по себе он вещь обычная и мало чем примечательная и… — Юки сглотнул, бросил быстрый взгляд на друга. В руках оставался последний козырь: — Учитель, вы уверены, что в центре города, в королевских гостевых покоях главным парламентёром с нашей стороны можно оставить Сайто?
— Хэй! И ты туда же?!
Молчание. Алет-сан с усилием потёр переносицу. Обвёл взглядом остальных, остановился в этот раз на Сайто, явно что-то взвешивая. Тяжело откинулся на спинку скамьи и прикрыл глаза. Думать ему никто не мешал. Юки вообще боялся дышать. Но спустя несколько минут всё же получил то, что хотел:
— Хорошо, я уступаю. Но ты, Юки, расскажешь мне всё в подробностях. И о непонятном мне складе, и об Искре, и о том, что выяснил по своим силам. Ясно?
— Да, учитель, — улыбка и низкий поклон. Что же, главного Юки добился. А Михо… Михо не такая большая проблема, как в случае с Лори. В этот раз она ничего не поймёт.
Запись двенадцатая
— Нет, прошу прощения, но я не понимаю, — Федерико отодвинул от себя так и не начатый эспрессо, зато с удовольствием отпил поданную с ним воду. В последнее время доброжелатели из руководства, предлагающие «интересный разговор», вызывали у него икоту и дурной привкус ананаса во рту.
А при взгляде на лоснящуюся жиром физиономию напротив и вовсе захотелось умыться. Хотя сложно представить что-то хуже самодовольной ухмылки Валентина. С другой стороны, Валентин хотя бы приехал сам. А вот ржавый толстяк не пожелал поднимать свой зад и тащиться в гости. Зато с радостью устроил Федерико командировку в Токио.
— Не желаю понимать и исключительно из уважения к вам, Аткинсон, сэр, сделаю вид, что ничего не слышал. Я думаю, нам обоим будет лучше продолжить работу без лишних… недоразумений.
— Неужели? — ржавчина в голосе налилась угрозой, но в личной беседе это не имело никакого значения. Без заполненной аудитории послушных ртов Аткинсон выглядел не так угрожающе. Ну или у самого Федерико инстинкт самосохранения отчаялся и сделал ноги. — И какова причина, позвольте узнать?
— Неужели вам требуется объяснение? Вы, руководитель токийского отделения, первый, кто не любит излишней самодеятельности подчинённых. Разве нет? Не сомневаюсь, господа лидеры не любят её ещё больше.
— Безусловно, — Аткинсон кивнул, на лицо вернулась благожелательная улыбочка. — Что я ещё знаю, Ито, как руководитель, конечно… что подчинённые должны приносить результаты. У японского отделения в целом показатели поднимаются. В целом. Чего не скажешь о команде сопровождения два-ноль. И, признаюсь, мне всё сложнее и сложнее оправдывать перед господином Азуром бюджеты, которые запрашивает твой отдел. Из недели в неделю, из месяца в месяц, от разлома к разлому ваши отчёты одинаковы. А графики можно наложить друг на друга — совпадут как один. Сколько ещё я должен объяснять лидерам, почему проект два-ноль замер на мёртвой точке?
Федерико скрипнул зубами. Вот теперь с ним говорил руководитель. И этот руководитель, конечно, прекрасно знал, куда бить.
— Я уверен, — уважительно прошипел он, — что с выходом Сато Юки из Токийских Врат мы получим достаточно информации, чтобы…
— В прошлый раз ты был уверен, что «после врат серьёзней уровня D», а ещё чуть раньше — «после первого учебного рейда». Что дальше, Ито? Конечно, через один или два прохода наблюдатель выполнит свою роль, и ты получишь информацию по воскрешению… какой бы они ни была. Но разве этого достаточно? Ответь мне: тебе этого достаточно?
Пришлось прикусить язык. Каждое слово Аткинсона било по гордости и ему, Федерико Ито, одному из сильнейших умов Ассоциации уже хотелось швырнуть в ржавую рожу данные по скрытому сигналу. Может быть, каких-то пару недель назад Федерико даже решился бы на такой шаг. Но сейчас за его спиной незримо стоял Валентин. И услужливо держал руку на рычаге гильотины. Впрочем, Федерико и так понимал, куда всё это ведёт:
— Вы хотите лишить меня финансирования.
— Ни в коем случае.
Глаза сами собой распахнулись, выдавая удивление. Федерико ожидал шантажа и уж в случае Аткинсона отсутствие подлости означает ещё большую подлость. Этот жирный зад поднимался на трон токийского отделения с самых низов и придавил собой немало голов.
— Но раз ты, Ито, был столь любезен ничего не услышать. Может быть, ты согласишься ничего не увидеть?
Аткинсон, всё с той же расслабленной улыбочкой, положил на стол тонкую папку и пальцем толкнул её к Федерико. Ну… Тут он прав. За погляд денег не берут, хотя утверждение очень уж спорно.
Чуть помедлив, Федерико аккуратно подцепил ногтем обложку, бросил взгляд на собеседника, и пробежал глазами материал. Чашечка вернулась
